№ 07.04.2014

Николай Цепелев

( 1 Голос )
Рейтинг пользователей: / 1

О тех, кто пал в последний день войны

Курляндская земля объята тишиной и цветением. Июньская листва, как зеленый дымок, клубится у хуторов. В садах нежно белеют узловатые яблоки. Залиты солнцем чистые приморские городки.

Уже историей стали извилисты траншеи (наши и немецкие), и мотки ржавой колючки, и эта изрытая воронками лощина, называвшаяся «ничьей землей». Историей стала и братская могила в яблоневом саду у дороги, ведущей в Тукумс. В этой могиле похоронены герои, о которых мы хотим рассказать. Под белыми цветущими ветвями покоятся артиллеристы, павшие в последнем бою в последний день Отечественной войны.

Мы обнаружили эту могилу, едучи на Тукумс. Остановив машину, прочитали на фанерной дощечке имена павших. Вон они: капитан Николай Цепелев, ефрейтор Анатолий Вакульчик, старшина Лукьяненко, младший сержант Александр Громов, ефрейтор Федор Фотин и красноармеец Владимир Черный. Дата гибели – 8 мая 1945 года. Мы сняли фуражки и молча постояли над прахом солдат, отдавших свою жизнь за несколько часов до победы.

Мы разыскали артиллеристов полка, где служили павшие. Боевые друзья героев наперебой рассказывали нам о них. и нами все время владело чувство, что речь идет о живых, что капитан Цепелев и пятеро его сподвижников сидят здесь, рядом с нами. Казалось, что вот-вот кто-нибудь из них вставит свое слово в этот коллективный рассказ о последнем бое.

Вечером 7 мая дивизион Николая Цепелева занял огневые позиции в километре от переднего края. Дивизион поддерживал пехотинцев капитана Парамонова. Ночью наши части прорвали немецкую оборону под Тукумсом и на рассвете 8 мая ворвались на северо-западную окраину города.

Цепелев ехал на головном «Додже», который тянул за собой орудие. Машина двигалась по улице, где все дышало огнем.

Каждый из артиллеристов знал и чувствовал, что до победы над Германией остались считанные дни. Каждый, наверное, думал о том, что если уцелеешь в эти несколько дней, то доживешь до мира, до счастья, до сбывшейся мечты. Но никто из них не щадил себя и дрался так, как в любой из бесчисленных боевых дней. Все они прошли горнило битвы за Ленинград, геройски сражались в Прибалтике, и по нескольку боевых наград красовались на груди каждого.

И они ринулись в пекло уличного боя и, развернув орудие на асфальте мостовой, открыли огонь прямой наводкой по немецким мотоциклистам, преграждавшим дорогу нашей пехоте. После каждого выстрела пушка плавно откатывалась назад по асфальту. Под прикрытием огня стрелки очищали от немцев аккуратные домики, утопавшие в зелени.

Рассеяв мотоциклистов, Цепелев посадил на свой головной «Додж» командиров батарей и снова устремился вперед. Из-под машины выскользнул последний немецкий мотоцикл. Немец удирал, отстреливаясь. Цепелев приказал Фотину догнать и раздавить мотоцикл. «Додж» мчался вперед и неожиданно наскочил на засаду. Слева, на бровке кювета, сидели немецкие автоматчики, а в кустах по обе стороны улицы были замаскированы две самоходки. «Додж» окутался дымом разрывов. Фотин упал грудью на баранку. В кузове осколком убило Лукьяненко. Машина остановилась с пробитыми баллонами. Орудие тоже было повреждено.

Капитан Цепелев и старшие лейтенанты Первушин и Ветчинников, а с ними бойцы расчета, отбиваясь из личного оружия, прорвались в дом на перекрестке и, укрывшись там, повели ружейно-автоматный огонь по немцам.

По дороге в дом погиб Черный. В самом доме погиб Громов. В последние минуты своей жизни оба героя успели нанести немцам большой урон.

Три наших офицера продолжали драться в окруженном доме. Несмотря на потери, немцы наседали. На помощь вражеским самоходкам подоспели две автомашины «Адлер» с крупнокалиберными пулеметами.

Цепелев, Первушин и Ветчинников держались стойко. Каждый из немцев, приближавшийся к дому, получал свою порцию свинца. От разрывов наши храбрецы укрывались в цементной яме, которая зияла посреди комнаты.

Крупнокалиберные пули перебили спину капитану Цепелеву. Он тяжело сполз на пол у окна, из которого вел огонь.

Вся эта схватка продолжалась всего несколько минут. У Первушина и Ветчинникова оставалось по три патрона, когда в гуще немцев стали рвать наши снаряды. Вспыхнула одна немецкая самоходка. Это подоспели наши артиллеристы, с хода развернув орудия, ударили по врагу. Скоро улица была полностью очищена от немцев. Трупы врагов усеяли ее.

Тела павших героев отвезли в полковой тыл. За их смерть жестоко отомстили в тот день артиллеристы. Огнем сказали свое слово все расчеты дивизиона, которым командовал Николай Цепелев.

Тукумс был взят. А через несколько часов по всей линии фронта немцы выкинули белые флаги.

Вот что рассказали нам старшие лейтенанты Первушин и Ветчинников и другие артиллеристы о подвиге шести героев, павших в последний день войны. Они показали нам их фотографии. С маленьких карточек на нас смотрели открытые простые лица шести бессмертных.

Я. ЧЕЛЕМСКИЙ, И. ВИКТОРОВ.