№5 21.01.2025

В.З. Сверчкова: "Как и все, я мечтаю о мире"

Рейтинг пользователей: / 1

Жительница посёлка Даровской, пенсионерка советской закалки, Валентина Зиновьевна Сверчкова считает своим гражданским долгом помогать защитникам Отечества, находящимся сейчас в зоне СВО. И солидный возраст – 83 года – не является для этого помехой.

Душа болит, а руки делают

Практически каждый день Валентина Зиновьевна занимается уже ставшим привычным делом – вяжет для военнослужащих мочалки и носки. Некоторое время женщина шила для солдат в госпиталях тапочки, обшивала пелёнки.

Дочь Валентины Зиновьевны – Любовь Анатольевна Дубровина – является активным волонтёром центра «Шьём для СВОих». «Люба ходит в центр почти каждый день, и мне, глядя на неё, тоже захотелось помогать нашим воинам, - с улыбкой говорит пожилая женщина. – У меня ведь два внука на СВО, один из них, Андрей, уже больше года не был в отпуске. Болит душа и за внуков, и за других парней - болит и не знает покоя. Как же хочется увидеть моих родных мальчиков… Смотрю новости по телевизору каждый день, если сильно расстроюсь - таблетки всегда под рукой, они помогают успокоиться. А как не смотреть-то, что там происходит? Не могу оставаться в неведении».

«Я родилась накануне войны»

Валентина Зиновьевна родилась за два месяца до начала Великой Отечественной войны. Семья – отец Зиновий Макарович, мать Мария Лазаревна и трое детей - жила в маленькой деревне Наволок Кичменгско-Городецкого района Вологодской области. «Как жили в годы войны, я не помню, но мама рассказывала, что у колхоза были запасы зерна, которые нам понемногу выдавали, - вспоминает женщина. – Отца забрали на фронт, в 1945 году он вернулся, стал работать трактористом в колхозе, но ездил и по другим деревням. Часто ему приходилось трудиться в непросушенной одежде, и однажды он сильно простудился и заболел туберкулёзом.

В те годы такие болезни толком не лечили, поэтому болел наш папка недолго, умер в 1947 году. Мне тогда шесть лет было, но те страшные дни я запомнила на всю жизнь. Кладбище находилось в трёх километрах от деревни, поэтому в день похорон колхоз выделил нам лошадь с санями. Нас, детей, посадили рядом с гробом. Старший брат был довольный, что прокатимся на лошади – не понимал, что в семью пришла беда. Через два месяца после похорон нас всех увезли в больницу, чтобы проверить, нет ли туберкулёза. К счастью, все оказались здоровы.

Жили небогато, но не в нищете

После смерти отца маме пришлось очень туго, целыми днями она работала в колхозе. Но голодать мы не голодали, так как с нами жил брат отца Иван Макарович – инвалид второй группы. У дяди сильно болели руки и ноги, поэтому особой мужской помощи по дому от него не было, но он любил нас и заботился, тем более, что своих детей у него не было. Помню, пока спим, он у каждого валеночки проверит, если дырку обнаружит - залатает. В колхозе дядя подрабатывал сторожем, а ещё возил молоко на сепараторную. Как инвалиду ему каждый день выдавали хлеб, и он приносил его домой.

После окончания войны люди стали жить ещё хуже, чем в военные годы, потому что почти всю продукцию от домашнего скота – молоко, яйца, мясо - отдавали государству. Выживали только за счёт скота, ведь в магазинах были пустые полки. Вечерний удой сразу увозили на молоканку, а утренний оставляли себе – процеженное молоко мама оставляла в ведре в коридоре и уходила на работу, а мы в течение дня черпали его кружкой и выпивали. Жили небогато, но, по сравнению с другими, не совсем уж и плохо. Помню, у нас в огороде росла большая липа, и соседка, которая одна воспитывала пятерых детей, как-то пришла к нам с просьбой нарвать липового листа, чтобы высушить и печь из него лепёшки. Наш отец, тогда он был ещё жив, ей тогда сказал: «Забирайте хоть со всей липы!»

После семилетки - на работу в колхоз

В пятый класс Валентина пошла в школу в четырёх километрах от родной деревни. Каждый день возвращалась домой, но весной, когда река сильно разливалась, неделю или две ей вместе с другими детьми приходилось жить на квартире. В 1954 году после окончания семи классов девочка сразу стала работать в колхозе – боронила на лошади, возила на санях сено, навоз с фермы в поле, сенокосила.

«Мне было тринадцать лет - ребёнок ещё совсем, поэтому даже в голову не приходило поехать куда-то учиться, да и не на что было, - вспоминает она сегодня. – Но даже если бы и появилась возможность, как уедешь из колхоза, если у тебя нет паспорта, а на руках лишь свидетельство о рождении?

Любовь, замужество и переезд

Я работала в колхозе до 1962 года, периодически заменяла на ферме доярок, кормила свиней. На одной из вечорок познакомилась с будущим мужем Анатолием Петровичем, мы жили в соседних деревнях. Вскоре он уехал работать в Казахстан, писал мне оттуда письма и настойчиво звал к себе. Я уволилась из колхоза и поехала к нему, там мы и расписались. Мне на чужбине не понравилось – всё непривычное, повсюду много людей разных национальностей, каждый говорит на непонятном языке.

Как-то один мужчина посоветовал мужу поехать в Кировскую область – мол, там много хороших леспромхозов. И мы приехали в село Кобра Даровского района, откуда нас сразу направили в лесной посёлок Чернорецкий. Это был 1963 год. Устроились с мужем в Моломский леспромхоз, он – трактористом, я – сучкорубом. Заготовка леса велась круглый год, пять бригад тогда работало, женщин тоже было много. Поначалу сучья топором обрубали, а потом стали пилить маленькими пилами «Тайга». Работа мне очень нравилась, но когда через семнадцать лет предложили перейти на должность завхоза, я согласилась».

Брата - в яму, а сама - играть

В семье Сверчковых выросло трое детей – Любовь, Владимир, Елена. Присматривать за детьми, когда они были маленькими, было некому - родители весь день находились в лесу, бабушки и дедушки жили далеко. Валентина Зиновьевна вспоминает: «Чаще всего дети были предоставлены самим себе. Как же я порой за них боялась, каждый раз возвращалась домой с работы с замиранием сердца… Например, Люба с детства очень любила воду, везде бегала одна, и я всё время переживала – как бы не утонула, но, слава Богу, беды не случилось.

Володя у нас родился в 1970 году. В Чернорецком в те годы ставили много новых домов, и для фундаментов делали большие ямы. Любе было шесть лет и, конечно, ей хотелось поиграть с подружками, но и с младшим братом надо было водиться. Она придумала выход – сажала Володю в яму так, что у него лишь голова торчала и вылезти из неё он не мог, а сама убегала играть с девочками. Наиграется, заберёт брата, и домой идут».

Пусть настанет мир, и вернутся домой наши мальчики!

Валентина Зиновьевна работала в Моломском леспромхозе 26 лет, её общий трудовой стаж – 35 лет. Четырнадцать лет назад женщина овдовела, последние два года она живёт в семье старшей дочери, где ежедневно окружена вниманием и заботой, где является центром уважения и участия. Валентина Зиновьевна считает себя богатым человеком, ведь кроме троих детей у неё четверо внуков и четверо правнуков!

«Хорошо и спокойно доживать свой век с родными людьми, которые тебя любят и заботятся о тебе, - говорит пожилая женщина. - Теперь ведь жизнь хорошая, не как в моей юности - люди едят что хотят, покупают одежду и вещи, какие им нравятся, а мы раньше велосипед не могли себе позволить, денег не было, работали за трудодни. Вот только СВО быстрее бы закончилась, и настало мирное время – этого так ждут все жители нашей страны!»

Наталья МОЧАЛОВА.